Мы боремся за самое высшее благо,
Которое создано всевышним,
За право и за свободу боремся мы.
Послушайте наш зов о помощи:

Свобода воспитала нас и пусть
Сопровождает нас до смерти,
Она сияет нам как утренняя звезда,
Горит, как вечерний закат.

Свобода - это очи мира,
И свет всей жизни, -
И потому - несчастье, если потухнет пламя,
И закроется красивый глаз!...

Тогда будет мрак вокруг нас,
И холодно и страшно будет,
И силы всех живых существ
Отнимет власть шайтана;

Тогда могучие крылья
Гордого Аара будут скованы,
В жилах кровь застынет,
Не успев раскипеться;

Тогда бег реки будет вялым,
Затеряется в черном песке,
Цветы не будут благоухать,
Земля пустыней станет;

И жаворонок не взлетит
Высоко к небесам,
И гордое мужское слово
Не будет гордо так звучать.

Свобода - это очи мира,
И свет всей жизни, -
И потому - несчастье, если потухнет пламя,
И закроется красивый глаз!...

Уже минуло много лет,
Как без всякого повода
Преследует нас белый царь жестоко,
Чтобы отнять это благо;

То, чего нет у его продажных сынов,
Что отсутствует на его родине,
Не может он никогда терпеть
У других народов.

Московитянин - это коршун,
Который разрывает нас
Острыми когтями; это облако,
Которое садится ядовитой росой;

Это - рысь в засаде,
Вынюхивающая добычу;
Змея, обвившая жадностью
Ростки Дерева Жизни.

От одного свободного дуновения
Москвит бледнеет,
Он страшится того, что жар
Растопит холодную империю царя;

Поэтому он плетет сети из стали
Вокруг этого дуновения свободы,
И гневно рычит потому, что его боевое оружие
Не оказалось таким, как он думал. -

Иначе что же могло его сюда
На Кавказ привести?
Действительно, не наша ж бедность,
Которую он осмеял:

Так как горы наши настолько грубы,
А наших полей урожай
Настолько скуден, что несмотря на слухи,
Напрасно ищет его у нас.

Нет, жажда власти, жажда власти
Привела сюда царя,
И зазывные глаза ее,
Ее слова влекут к сражению;

И только ей обязан он, и он извивается,
Как раб, перед ней в пыли.
И этому кровавому чудовищу
Принесет он свое сердце на растерзание. -

Народы, мы еще свободны! И грудь
Полна отваги,
И в венах наших все еще
Течет пурпурно кровь;

Еще блестит в руках и шашка,
Блестит кольчуги сталь,
Еще не смеет враг делить
Обед Отчизны нашей.

Аллах велик, кто знает, вдруг! -
Кто знает, что нас ждет?
Позор?
И ночь поглотит день? -

А вдруг удар извечный топора
Проникнет в сердцевину дуба?
А может, черные облака
Поглотят яркую звезду? -

И ни оружие, ни железо тут ни при чем,
Черкес не сдается,
Но золото врага уже
Поколебало многих наших;

Сладки и гладки речи русских,
А на доверчивость они
Коварной местью отвечают,
С насмешкой, хитростью коварной.

И как огромная змея, окутывают
Войска врага
Землю наших отцов, а мы же -
Изгнанники в родной стране.

Так как все туже, с каждым днем
Жестокое кольцо вахтерши,
А может, ах! - Вдруг голод нас
низвергнет в пасть ее. -

Тогда народы, бдите, бдите!
Змея не знает сытости -
Беда нам,
Всем беда!

Если вы когда-нибудь пожертвуете гордостью,
Внемлите зову нашему:
Мы боремся за то счастье,
Которым Бог нас одарил!

Свобода - это очи мира,
И свет всей жизни, -
И потому - несчастье, если потухнет пламя,
И закроется красивый глаз!...